Навык воображать будущее: утопическое измерение советских революционных празднеств

Рассмотрены революционные празднества – одно из основных проявлений советской культуры 1917–1920‑х гг. Праздники во всем многообразии их видов и форм (преимущественно это были массовые постановки и инсценировки) оказались включены в пространство сотворения утопии первого послереволюционного десятилетия. В данном контексте под утопией понимается культурная форма чувственно-рационального освоения социальной реальности, продуцирующая представления о счастье и гармонии в ответ на извечную потребность человека не только в предвидении будущего, но и в его моделировании. Согласно последним исследованиям в области utopian studies, утопия артикулируется не только в виде литературных текстов, содержащих идеальные образы нового социального порядка, но и в виде различных интенций – возможности и навыка желать лучшего, создавать альтернативные проекты будущего, подвергать критике то, что мешает его достижению. Революционные празднества трактуются как совокупность ценностно наполненных культурных практик – знаковых акций и артефактов, связанных с памятными событиями, выдающимися личностями и особым церемониалом. Применение в качестве теоретического инструментария метода воображаемой реконструкции общества Р. Левитаса и модели революционного праздника М. Озуф позволило реконструировать утопическое измерение революционных празднеств. Праздничный хронотоп анализируется сквозь призму трех модусов метода воображаемой реконструкции общества (утопии-метода): археологического, онтологического и архитектурного. В качестве взаимодействующих стратегий-приемов, работающих на общий образ воображаемого будущего, выступают остранение, критика, создание альтернативы и ее переживание. Выстроенная таким образом исследовательская оптика позволила ответить на вопрос, почему революционные празднества при отсутствии целостных картин будущего все же приобщали участников к становлению нового политического, социального и культурного порядка и легитимизировали революцию. Источниками описания конкретных постановок послужили публикации современников той эпохи – авторов и критиков (А. Пиотровского, О. Цехновицера, Н. Шубского и др.).